ГлавнаяИсторияГ.Я. СедовЗемлякиПриродаРыбалкаПочем рыбка Отдых в Седово ФотогалереяГостевая книга

 

Цветы к памятнику Г.Я. Седову на набережной его имени. г. Архангельск, декабрь 2011г

Цветы к памятнику Г.Я. Седову на набережной его имени. г. Архангельск, декабрь 2011г

Николай Клепиков     Нужны ли нам сейчас герои?
 

       В свое время в одной из областных газет была уже в который раз поднята тема, связанная с жизнью и деятельностью известного офицера-гидрографа и полярного  исследователя Георгия Яковлевича Седова. Периодическое издание поместило отзыв читателя на предложение создать в Архангельске памятник, посвященный идейному  вдохновителю и участнику первой русской экспедиции к Северному полюсу Г. Я. Седову.
      Общее содержание этого отзыва сводилось к тому, что Седов был не кем иным, как авантюристом и неудачником, решившимся ради удовлетворения собственных  амбиций на заранее обреченную на провал экспедицию. Памятник Георгию Седову, имеющему заслуженный авторитет среди северян, в Архангельске, как известно,  был установлен. И все же хотелось бы высказать еще раз свое мнение по этому поводу в канун 100-летия начала последней экспедиции Г.Я. Седова.
   Прежде всего, необходимо отметить, что точка зрения читателя имеет право на существование хотя бы потому, что указывает на важность и актуальность  данной проблемы. Кстати говоря, подобное отношение к Седову - как к исследователю, так и человеку - имеет своих сторонников, в числе которых полярник и писатель Зиновий Каневский.  В своих многочисленных статьях , касающихся истории освоения Арктики, он нередко обращается к теме первой русской экспедиции к Северному полюсу. По мнению Каневского, имя Седова было незаслуженно поднято на пьедестал еще в 1930-е годы. В лице Седова был создан не соответствующий реальности образ  бескомпромиссного борца с царской косностью и произволом, человека, беззаветно преданного своей родине и отдавшего жизнь ради ее прославления. Где же, спросите  вы, истина? Она, как мне кажется, находится где-то посередине.
     Седовская экспедиция к Северному полюсу в силу плохой организации и недостаточного научного обоснования вряд ли могла серьезно рассчитывать на выполнение   поставленной цели. Однако сам Седов верил в успех своего дела. Он был авантюристом, но авантюристом в хорошем смысле этого слова, то есть человеком, идущим к своей  цели, несмотря ни на какие обстоятельства и преграды. И в связи с этим имя Г. Я. Седова, так же как и имена других россиян - исследователей Арктики, не должно быть  забыто. Согласитесь, сегодня мы, как никогда, нуждаемся в светлых и ярких исторических личностях, способных возродить в нас давно утерянное чувство национальной  гордости и самоуважения.
     К слову сказать, в отличие от нас американцы бережно чтут память своих прославленных соотечественников. Примером этому может служить трепетно хранимая ими  память об официальном первооткрывателе Северного полюса американце Роберте Эдвине Пири. Этот человек на протяжении двадцати трех лет вынашивал идею  покорения самой северной географической точки Земли. Им было предпринято несколько попыток покорить заветную цель, но каждый раз по разным причинам он останавливался, немного не дойдя до нее. В одном из таких тяжелейших походов он отморозил себе пальцы на ногах, но в скором времени бросил костыли на нарты и еще  настойчивее принялся штурмовать северную вершину. И вот 6 апреля 1909 года он с пятью спутниками (четырьмя эскимосами и негром-слугой) на собачьих упряжках  достиг полюса. Каково же было разочарование американца, когда после возвращения из похода он узнал, что был не первым, кто покорил заветную цель, а лишь вторым.
      Соотечественник Пири доктор Фредерик Кук объявил на весь мир, будто ровно за год до Пири, в апреле 1908-го, он сам побывал на "Большом гвозде" (так на языке эскимосов называется Северный полюс). Кстати говоря, большинство ученых склоняются к тому, что Кук по праву может считаться первооткрывателем, в то время как Пири  не дошел до заветной цели от 60 до 195 км. Однако, как это часто бывает, спор разрешили связи и деньги, которых оказалось больше у Р. Пири. В отношении его конкурента  была развернута бешеная травля. Позднее Ф. Кук был обвинен в финансовых махинациях, попал в тюрьму, а после освобождения провел остаток своей жизни в одиночестве  и нищете. Согласитесь, что все вышесказанное не украсило Р. Пири, однако в настоящее время он, как и Кук, является национальным героем Америки, прославившим  свою страну в споре с другими государствами за право называться первооткрывательницей Северного полюса.   А теперь по поводу "Седова - неудачника". Как нам кажется, подобная характеристика является в высшей степени несправедливой по отношению к этому человеку.
      Несмотря на то, что Седов прожил неполных 37 лет, он успел много сделать, заставил говорить о себе как о неординарной личности. Чего, например, стоят его экспедиции  в устье реки Колымы и на Новую Землю с целью проведения картографирования, осуществления астрономических и магнитных наблюдений. Один из непосредственных  руководителей Седова по его первым гидрографическим экспедициям генерал Варнек так отзывался о своем подчиненном: "Всегда, когда надо было найти кого-нибудь для  исполнения трудного и ответственного дела, сопряженного иногда с немалой опасностью среди полярных льдов, мой выбор падал на Седова, и он исполнял эти поручения  с полной энергией, необходимой осторожностью и знанием дела". К сожалению, мало кто подробно знает о службе Седова во время Русско- японской войны 1904-1905 гг. Тогда он командовал миноносцем, а затем был назначен  ревизором всего соединения миноносного отряда Амурской военной флотилии, то есть отвечал за снабжение, обеспечение и финансы, будучи практически помощником  командира флотилии. Согласитесь, такую должность неумелому офицеру не поручат. Что касается экспедиции к Северному полюсу, идею которой Седов вынашивал на протяжении нескольких лет, то при грамотной и продуманной подготовке она вполне могла принести желаемый результат.
     К слову сказать, экспедицию Руала Амундсена к Южному полюсу собирала вся трехмиллионная Норвегия, а в подготовке покорения Северного полюса Р. Пири приняли  участие влиятельные и богатые люди Америки, а также Национальное географическое общество.
     В рапорте, поданном на имя начальника Главного гидрографического управления, Седов обосновывал необходимость своей экспедиции. "Здесь, помимо человеческого  любопытства, - писал он, - главным руководящим стимулом является народная гордость и честь страны. В этом состязании участвуют почти все культурные страны, и только   русские не принимают в нем участия, а между тем горячие порывы у русских людей к открытию Северного полюса проявлялись еще во времена Ломоносова и не угасли до  сих пор". Как тут не вспомнить П. П. Семенова- Тян-Шанского, по словам которого, идея освоения полюса очень близка русскому сердцу.
      Однако правящие круги русского общества встретили проект экспедиции довольно холодно. Одной из причин этого было и то, что план Седова был лишен  сенсационности, так как к этому времени в районе полюса уже побывали американцы. В военно-морских кругах к проекту Седова отнеслись резко отрицательно, прежде   всего, потому, что в глазах кадрового офицерства царского флота гидрограф Седов был "черной костью" и на него смотрели как на выскочку. Не встретил проект сочувствия  и в широких научных кругах. Члены комиссии, созданной при гидрографическом управлении с целью рассмотрения седовского проекта, лишь констатировали его недостатки.  Никто не предложил Седову помощь, чтобы выправить допущенные им в плане ошибки.
     Получив от правительства отказ финансировать проект, Седов не опустил руки, а стал добиваться его реализации с помощью частных средств. А это было невозможно   без помощи газетчиков. "Мастера пера" сразу же ухватились за седовское предложение, и фамилия ранее неизвестного офицера замелькала на печатных страницах. В  Петербурге был спешно организован так называемый Седовский комитет, который развернул кампанию за проведение экспедиции к Северному полюсу и привлечение  для этого добровольных пожертвований. По стране были разосланы десятки тысяч подписных листов с воззванием. В заключение его говорилось: "Комитет просит не  стесняться размером пожертвований. Всякая скромная жертва будет принята с благодарностью".
      Кстати сказать, наибольшие сборы пожертвований в Архангельской губернии дали такие приморские уезды, как Мезенский, Кемский, Александровский и Архангельский.  Расчет Седова оказался верным. Большинство людей поверило в успех моряка, готового пойти на огромные трудности ради славы отечества. И он пошел к полюсу, несмотря  ни на какие обстоятельства.
      Если бы вышеуказанный критик был знаком с докладной запиской, составленной после смерти старшего лейтенанта Г. Я. Седова его женой Верой Валерьяновной, участниками экспедиции М. А. Павловым, Н. В. Пинегиным и В. Ю. Визе на имя морского министра И. К. Григоровича, возможно, не написал бы так много плохого о Седове.
      В этой записке очень подробно рассказывается о событиях того времени, о бездействии седовского комитета, о том, что судно с углем так и не послали к Земле   Франца-Иосифа, как было условлено заранее, о неуплате жалования матросам, о том, как спасали научные результаты экспедиции, которые комитетчики вознамерились  продать за долги.
      И как тут не вспомнить замечательный роман В. А. Каверина "Два капитана", где в лице трагически погибшей экспедиции капитана Татаринова угадываются многие черты   Седовской эпопеи.
     Что же касается памятника, то, по мнению автора старой заметки, его заслужил не "авантюрист и неудачник" Седов, а известный на Севере человек, дважды Герой  Советского Союза, почетный гражданин города Архангельска Иван Дмитриевич Папанин.
      Безусловно, Папанин своей деятельностью заслужил увековечения памяти о себе в камне. Во многом, благодаря ему наш город выжил в страшную годину войны, стал   одним из крупнейших портов Севера России, принимая и отправляя на фронт союзные грузы. Другое дело, что нельзя противопоставлять этих заслуженных людей друг другу  хотя бы потому, что жили они в разное время, предоставлявшее несоизмеримо разные возможности для осуществления задуманного. Каждый из них достоин памятника в нашем городе.
     Мечте Седова надлежало сбыться лишь спустя четверть века, в 1937 году. И в числе первых четверых русских, впервые побывавших на Северном полюсе и водрузивших  там национальный флаг, был И. Д. Папанин.
                                                                                 Николай Клепиков, научный сотрудник Государственного Северного морского музея. г. Архангельск
 

                        
 
Статьи о Г.Я. Седове       Почему газета "Архангельск" съела "Кука"

 

Главная История Г.Я. Седов Земляки Природа  Рыбалка Почем рыбка Отдых   Фотогалерея    Моя школа   Контакты Гостевая

Copyright © Лях В.П.  Использование материалов только при указании авторства и активной ссылки на источник