ГлавнаяИсторияГ.Я. СедовЗемлякиПриродаРыбалка  Почем рыбка Отдых в СедовоФотогалереяГостевая книга


Трудовая книжка с "коммунистическим" увольнением

Трудовая книжка с "коммунистическим" увольнением

На берегу, на месте нынешнего пансионата "Троянда", тогда там стоял балган рыбаков. 1961г

На берегу, на месте нынешнего пансионата "Троянда", тогда там стоял рыбацкий балган. 1961г

Море нашего детства. 1961г

Море нашего детства. 1961г

Первоначально памятник Г.Я. Седову был установлен в уютном скверике около школы

Первоначально памятник Г.Я. Седову был установлен в уютном скверике около старой школы

На футбольном поле в конце нашей улицы Свердлова постоянно шли спортивные баталии. Теперь на этом месте школа, а для футбола места больше нет.

На футбольном поле в конце нашей улицы Свердлова постоянно шли спортивные баталии. Теперь на этом месте школа, а для футбола места пока нет.

Во дворе старой школы. Учителя с очередным выпуском

Во дворе старой школы. Учителя с очередным выпуском

Инсценировка "Лукоморья"

Идею инсценировки "Лукоморья" я предложил своей студенческой группе из школьного опыта. Мы ставили ее с Е.М. Емченко на площадке перед школой. Площадка еще сохранилась, а школы нет.

 

Выпускники старой школы у моря регулярно встречаются. Уже в стенах новой школы.

Выпускники старой школы у моря регулярно встречаются. Уже в стенах новой школы.

МОЯ СЕДОВСКАЯ ШКОЛА, стр.3

              Баклажковы, прежде чем построили дом на нынешней улице Помазана, жили в школе, справа от основного здания была пристройка для прислуги бывшего помещика. Потом там был кабинет биологии, пока его не построили отдельно. Но за скелетом ходили все равно туда и каждое его путешествие через школьный двор было целым представлением: то он курил сигарету, то клацал зубами, то примерял чью-то кепку.
      При Павле Максимовиче, в русле тогдашних   иллюзий, был открыт в школе "ларек доверия", где можно было взять тетрадку или линейку и положить деньги. Все почти по-честному. Это было время хрущевских прожектов скорого построении коммунизма. В 1959 году Хрущев заявил, что через 20 лет советские люди будут жить при коммунизме. В "ларьке доверия", по мере накопления капитала, наличность порой исчезала, но это не афишировалось. "Ларек" был атрибутом современной школы и заезжее начальство должно было видеть движение к коммунизму. Пропавшая наличность за школой потом разыгрывалась около моря в "стукана" или бессовестным образом проедалась на пирожках с повидлом от столовой "Чайка".Надо попутно отдать должное этим вкуснейшим  пирожкам, которые поддерживали седовских школяров на протяжении многих лет и стоили всего 5 копеек.
         16 января 1959 года моя мать, которая была хорошей  сетепосадчицей, уволилась с Кривокосского рывбзавода и поступила в школу уборщицей, поскольку ребенка (то есть меня) было некуда девать, а в садике обе попытки оказались болезненными. Принял ее на работу Павел Максимович Баклажков, о чем гласит приказ №519 от 16 января.  Ну и тогда же, где-то в холодном феврале, еще не отвыкнув от демократических  традиций рыбзавода, новоиспеченная "техничка" зашла в пустую учительскую слегка обогреться, а заодно проверить печь. Пойти она никуда не могла, поскольку в ее обязанности входила подача звонков, а часы висели около учительской. В это время в  учительскую заходит директор и строго вопрошает:- А что это вы тут делаете? Ваше место в коридоре! Эх, знал бы он как долго живут подчас сказанные сгоряча слова! Нередко  дольше, чем сами люди!
       Моя мать никогда не давала себя в обиду и имела достаточно независимый характер, как впрочем и все Хандюковы. Она моментально отвечает: - Кто знает, сегодня моё, а завтра Ваше! Слова оказались пророческими. Впрочем, здесь нужно рассказать еще кое-что.
     Идя навстречу громадью хрущевских планов, Павел Максимович выступил с ценной инициативой (которая, как мы знаем, у нас наказуема). Возможно вся эта активность была вызвана какими-то внешними причинами, но  как бы там ни было, а 1 октября 1959 приказом П.М. Баклажкова №549 уборщицы все были уволены. Суть дела сводилась к тому, что они не нужны, когда до коммунизма уже рукой подать, и всю работу по самообслуживанию могут делать сами ученики. Ученики делали-делали, а тут комиссия. А школа в таком виде, что просто  волосы дыбом... Короче говоря, 19 октября моя мать уже опять работала в школе на прежнем месте, но приказ подписывал уже  другой директор - Георгий Семенович Гаджи. Причем, это произошло не в начале учебного года, а  в октябре, то есть не было заранее запланировано. Вот такая история.
       Потом Павел Максимович Баклажков, уже пенсионер,  ездил с нами в 1969 году, где-то в начале лета на экскурсию в Славяногорск. Ездили на грузовиках  рыбколхоза, которые мы под руководством Василия Поликарповича Карпова оборудовали тентами. Не знаю, родом ли он из тех мест или бывал там, но места Пал Максимыч знал прекрасно. Расчувствовавшись, он, уже некурящий, закурил и был необычайно весел и оживлен.
         Больше близко я с ним не общался, видел только как он ежедневно ходил с женой в кино мимо нашего двора, по ним можно было проверять часы. Бывало мать кричит: - Вовка! Давай начинай поливать, уже Баклажковы в кино пошли! Иногда Павел Максимович ходил в кино сам. Помню как одна девочка села в Доме  культуры на его шляпу. Потом, когда его жена умерла, Павел Максимович прибился к вдове Д.П. Кочеткова, дальшего я   не знаю, потому что в поселке тогда уже бывал не часто.
         Георгий Семенович Гаджи как-то, видимо по просьбе матери, беседовал со мной по какому-то поводу моего разгильдяйства. До сих пор помню, как педагогически выверено он это делал. Начал с хорошего, с успехов, а когда я в полнейшем недоумении стал соображать зачем меня "вызвали к директору", стал ненавязчиво интересоваться моим мнением о поступке, который "кто-то" якобы совершил. Я-то знал кто его совершил! Учась в институте не раз вспоминал эту беседу как эталон педагогического мастерства.
          Когда учился в средних классах, в нашей школе появилась пионервожатая, видимо, сразу после педучилища, Баркова   Людмила Тихоновна. Потом она вышла замуж за местного парня, помнится у него была изувечена рука. Она вызывала у меня, тогда еще подростка, смутную симпатию, такая она была правильная, не подверженная  местным традициям. Однажды, когда она шла в баню, мы с фонариками около церкви били из рогатки воробьев на высоченном столетнем серебристом тополе. Жаль что это дерево спилили, нужно было хотя бы часть оставить, укрепить  ствол и  установить на нем табличку, это ведь историческая реликвия. На другой день после этого "сафари" мы появились в стенной газете в виде язвительной карикатуры. Но не обиделись, а с гордостью водили всех и показывали: это ж мы!  Фамилий наших тогда вожатая, наверное, не знала. А потом по какому-то поводу симпатичная вожатая меня отчитала со словами "а еще тихоня". На этом   обаяние закончилось. Такой вот педагогический демотиватор.
         Вспоминается лаборант из кабинета биологии и химии, звали ее Светлана. Очень обаятельная, внимательная, симпатичная  девушка из Новоазовска. У нее регулярно подворовывали, пользуясь доверчивостью, химикаты, а однажды по ее просьбе подготовить опыт что-то не так смешали и на уроке химии сзади раздался взрыв. Александра Ивановна Щербина  долго ругалась, но Свету никто не выдал, всю вину взяли на себя. Да Александра Ивановна и так бы никого не наказала, она была добрейшим человеком и замечательным учителем. Не питая особых симпатий к химии, мы все же ходили на ее факультатив, потому что не хотели обидеть, да и было интересно. Кроме Гаджи, это вторая прекрасная педагогическая семья. Семен Григорьевич Щербина, фронтовик,  вел  физкультуру в младших классах.
        Именно Светлана сообщила, приехав из Новоазовска, нашему классу страшную новость. В больнице внезапно умер из-за врачебной ошибки наш сверстник из параллельного класса Людников Саша, которого положили на обследование от военкомата. Как и его знаменитый родственник, Саня хотел поступать в военное училище. Мы несли его на кладбище на руках по шесть человек. Саша был близким другом Жени Смелова, а Женя был моим другом, поэтому мы часто общались, бывали на даче генерала  Людникова.  Однажды по какому-то пустяковому поводу Саша сказал мне, что у меня "не голова, а Дом советов". Выражение  почему-то запомнилось.
       Были и  учителя, которые в школе  задерживались недолго. Был учитель рисования Лепко Алексей Тимофеевич, по прозвищу  "колобок". Он прекрасно рисовал, водил нас на этюды на море, чего никто и никогда не делал. Но однажды перехватил на уроке записку личного содержания, адресованную классной красавице Ветровой Алле. Алла мне нравилась тоже в 4 классе, но после КВН, для которого  у нее дома делали корабль, а я   туда не пошел, и в итоге КВН мы проиграли, тем более, что судейство было необъективным, чувства свои я держал в кулаке. Так вот учитель не только отобрал записку, но и прочитал ее вслух. Не помню, что там было и кто отправитель, но поступок всех возмутил. На перемене "Тимофею" насыпали на стул кучу песка, куда он, довольно грузный мужчина,  добросовестно присел. Разбирательство длилось долго, нас не отпускали до 9 часов вечера домой (учились мы во вторую смену максимум до 19-30). Но в итоге отпустили. Жил Алексей Тимофеевич у Поповой тети Шуры, напротив Шамов по улице Комсомольской. Позже он переехал в Новоазовск, вроде бы женился.  Все эти истории мне многое потом дали как учителю.
       Был недолго в школе учитель истории Арсений Алексеевич, не помню фамилию. Абсолютно безобидный и беззащитный, побитый жизнью человек, заброшенный судьбой в нашу непростую школу. От него осталось только его излюбленное словосочетание "тоже-также", которое он употреблял по поводу и без. Какое-то время вела у нас биологию учитель из местных, по фамилии Боцман. Она, знакомясь, прочитала мою фамилию как "мех", чем и запомнилась. Ну а ко мне эта кличка надолго прилипла.
        Какое-то время  вела химию и биологию еще другая учительница.  На одном ее уроке, зимой, почему-то  мы были в помещении параллельного класса, на стул случайно набросали снега. Она села, и сзади появилось мокрое пятно. Ну классные остряки, естественно, зашептались. Наивная, как ребенок, учительница поспешила их заверить, что это ж "просто вода". Ей не надо было этого делать. Смех стоял такой, что прибежали из учительской. Ясно, что урок сорвали напрочь.
         Была в 5 классе очень молодая и симпатичная учительница ботаники (почему-то по этому предмету учителя менялись чаще  всего), не помню как ее звали, может быть Любовь Григорьевна, не уверен насчет отчества. Но запомнилась она тем, что водила нас за поселок собирать гербарий,  и гербариев после нее осталось в школе несметное количество. Мы все делали тогда гербарии и  выращивали огурцы в бутылке. Однажды учительнице положили в сумку лягушку, предвкушая шоу, но ничего не произошло, она и  виду не подала. Такой учитель. Интересное дело: забыто имя человека, но сделанное им, сила его личности живет в тебе десятилетиями. Я очень благодарен всем своим учителям.
          В наши годы часто потухал свет, поэтому из школьного подвала приносили керосиновые лампы, которые были всегда  наготове. Иногда намоченную в рассоле промокашку подкладывали под цоколь лампочек, и они на уроке одна за другой потухали.  Пару раз это проделывали на литературе, которая часто бывала последней в расписании, на истории. Иногда нас отпускали. Но прием стал неэффективен с приходом в школу физика В.Д. Ланина, который эти "примочки", естественно, знал.
         Зимой, в начале 1967 года было весьма холодно, что-то порядка - 200 С и физика была в здании школы, а не в отдельно стоящем здании физкабинета. Но классные заводилы, а у нас это были  девочки, были недовольны, что нас не отпускают домой. Не успела закончиться физика (помню, что на этом уроке я получил пятерку), как они пооткрывали форточки и дверь, класс моментально выдуло. Но пришедшая учительница все же пошла одеваться, не решаясь нас отпустить. Тогда все ушли сами. Разбирательства позже не было. Такие случаи были и потом, например во время пыльных бурь 1969 года, когда мы "из-за холода" отправились... бродить по поселку. Помню, что хата Ани Белой, нашей одноклассницы, стоявшая на месте нынешнего пансината "Троянда" была засыпана грязным снегом вместе с крышей и ходили они по тоннелям.
         Но не всегда было так гладко. Однажды все не пошли на физкультуру, якобы из-за холода в спортзале, пошли в центр за конфетами и семечками.  Когда вернулись, Виктор Андреевич Воротынцев, паче чаяния,  всех построил во дворе и пустил бегом. Через несколько минут все теплые одежды были сняты и брошены по ходу бега. Хорошо разогрев нас, Виктор Андреевич поинтересовался почему не пришли на урок. Причину назвать никто не решился, опасаясь новых кругов. Что-то мычали про недопонятое  расписание. Больше с  физкультуры не уходили.    Несколько раз уходили с истории в кино: на "Вия", на "Спартака". Один раз комсорг Коля Лущицкий  был распекаем парторгом школы и учителем истории Надеждой Ивановной (если не путаю отчество). В другой раз мы его оставили в классе. Вскоре он догнал всех, на этот раз избежав немилости. Кстати, как и его младший брат, Коля стал учителем английского языка, благодаря влиянию М.Я. Ралко и работает где-то в Одесской области. После смерти родителей он перестал приезжать в поселок. А другой одноклассник, лучший художник класса Меркулов Виктор, всю жизнь проработал на Севере, а сейчас построил в поселке дом, но там ему все же не сидится. Одноклассника Виктора Степаненко в начале осени 2012г я встретил на празднике День посёлка, он живёт в Седово, когда-то мы с ним плотно занимались радиохулиганством, но вовремя поумнели. Лиза Пантюхова - директор пансионата, Оля Пудикова живет на нашей улице, раньше она работала в магазине. В магазине "Алена" на нашей улице работала Валя Супрунова, но я ее не узнал. Да и она не узнала меня, ей просто сказали. Стареем... Вася Петраш построил дом где-то в районе больницы в Новоазовске, и в поселке я его много лет уже не вижу . Когда-то были приятелями.  В августе 2009г был в Седовской школе, передал книгу
Э.В. Хандюкова и от себя вышедшую в России книгу Н.В. Пинегина об экспедиции к Северному полюсу Г.Я. Седова. Из своих учителей  встретил В.Д. Ланина, он работает учителем физики. Директор школы, как оказалось, моя однофамилица, невестка уважаемой моей учительницы Екатерины Емельяновны Лях. Уютная школа, приветливые учителя оставили хорошее впечатление. Мне показали школьную библиотеку, там оформлен уголок Г.Я. Седова, перед школой стоит памятник, который раньше стоял в скверике около старой школы, в вестибюле встречает ребят портрет и гипсовый  бюст их прославленного земляка. Запомнились также прекрасные фотографии с видами родного поселка, сделанные учениками для школьной фотовыставки, особенно вид церкви Петра и Павла из поселкового парка.      
Владимир Лях, член Союза писателей России


Пустырь, где стояла школа. Слева бетонная площадка. Руины кабинетов физики и химии. 2009г  Остатки здания спортзала школы. 2009г

1. Пустырь, где стояла школа. Слева бетонная площадка. За пустырем - море; 2. Руины кабинетов физики и химии. 2009г; 3. Остатки здания спортзала школы. 2009г

 


Страница 1 2,  34,  5          Старый школьный фотоальбом   Письмо из прошлого                              Седовская ОШ I-III ступеней

 

Главная История Г.Я. Седов Земляки Природа  Рыбалка Почем рыбка Отдых   Фотогалерея    Моя школа   Контакты Гостевая

Copyright © Лях В.П.  Использование материалов только при указании авторства и активной ссылки на источник